В Шломи установили памятник погибшим евреям-воинам в ВОВ.
     Недавно я вернулся с мероприятия – митинг посвящен открытию в небольшом нашем городе памятника погибшим евреям во Великой Отечественной, Второй Мировой войне. В Израиле – 63-ий памятник этого типа. Так получилось, я в свое время присутствовал на открытии Первого такого памятника в Йерушалайме, кажется в Яд ваШеме. В Израиль я приехал 4 октября 1989. Меня с мамой (пусть сохранится благословенной о ней память) отправили в Ашкелон, поселили в центре абсорбции. Я не знаю причину: местное отделение ветеранов войны – возглавлял Йосиф, его помощница Полина - взяли шефство на двумя центрами абсорбции: нашим и большим по населению Бейт-Канада. Причину точно не знаю: то ли «первые ласточки» Большой Алии из бывшего Советского Союза, то ли эти активные люди имели хороших спонсоров и деньги… На большом перекрестке в Газу они устраивали часто дежурство – раздавали сэндвичи, кофе, напитки солдатам ЦАХАЛ: скапливались там в ожидании тремпа в свои воинские части. В тот период в Газе еще размещались израильские воинские части. Благодаря стараниям и помощи этих очень активных волонтеров-добровольцев за относительно короткое время – в течение пяти месяцев - мне посчастливилось побывать примерно в десяти экскурсионных поездках. Все бесплатно. Одна из поездок в Йерушалаим оказалась как раз на открытие Первого памятника погибшим воинам-евреям в Великой Отечественной войне. Кажется, точно помню цифры: численность евреев-воинов Красной армии составляла пятьсот тысяч, погибло двести тысяч человек. Это на фронтах. Нацисты с их местными пособниками на территории СССР истребили более двух с половиной миллионов человек – поименные списки имеются в нашем Музее Шоа (Холокоста). Есть еще не установленные люди. Поездку эту совершил в конце 1989 или начале 1990.
     … Это произошло буквально накануне Йом Кипура в этом году. В последние годы я покупаю-читаю газету «Вести». Покупаю ее в конце недели – в четверг или пятницу. Так устраиваюсь: в конце недели еду в Наарию за продовольствием на неделю. Попутно покупаю газету. Иногда газету покупаю в самом Шломи. По причине большой занятости – я не каждую неделю покупаю газету: обхожусь…
Перед этим Суровым Праздником я отправился на почту – отправил бандероль. По дороге домой зашел в небольшой магазин за газетой. Нашел газету, стою возле стойки – расплачиваюсь. Порядок примерно такой: продавец вкладывает газету и журнал-вкладыш в целлофановый кулек… Я положил деньги – ожидаю газету… В это время в магазин зашел наш мэр Габи (Габриэль) Наэман. Верно, он перед праздниками ходит с поздравлениями своему электорату. Стою я тихо в сторонке – молчу. Он поздравил… В это время владелица магазина обращается ко мне:
     - Это наш мэр – Габи Наэман. – Я ничего не ответил. Сам мэр повернулся ко мне – на лице написано изображение полной радости. Протягивает мне руку…
     - Ты вор! – Произнес я твердо. Его руку не пожал.
     И тут… Создалась ситуация: такого никогда прежде не видел – даже в кино. Мэр сразу изменился в лице и… бежал! Форменным образом, побежал к двери, вылетел на улицу...
     Данное свое заключение – высказал открыто – имеет под собой давнюю историю. Летом 2006 я находился в Карловых Варах: в последние годы отдыхаю на этом прекрасном курорте. Как-то возвращаюсь с обеда… Знакомый писатель из Штатов – бывший житель СССР – спросил: «Что происходит в Израиле?» Я еще ничего не знал – отвечаю ему общими словами…
     - Ты разве не знаешь? – Спросил он меня. – Израиль воюет. – Известие меня ошеломило. Я отправился в свой номер – включил телевизор. Оказался только один русский канал – первая программа. С этого момента я смотрел регулярно  телевизор, но почти две недели показывали… Оказывается, в Южном Ливане проживали на тот момент довольно многие русские: жены ливанцев и террористов, отдыхающие, туристы, еще непонятно кто и как – из России! Среди них паника возникла особая: с детьми бегут с мест событий и не только из Южного Ливана. Из центра, севера Ливана – тоже бегут русские. Впрочем, не только русские: говорили еще об украинках, жительницах Закавказья. Большинство женщин-жен с детьми. Помнится, их где-то собирали, вывозили в Сирию – оттуда отправляли на свою историческую родину. Потом их встречали на родине… Две недели – только об этом…
     Через неделю вернулся домой. Поезд довез только до Хоф аКармель – это южная точка Хайфы. Дальше – автобусы… Автобус из Хайфы довез только до южных оконечностей Наарии… Шел до автобусной станции – наблюдал за дорогой: ничего приметно нет. Нет почти машин. Возле автобусной станции – сел на такси. Ехали по пустынной дороге – возле моря услышал сигнал воздушной тревоги. Мы ехали… Обстрела не видел, не слышал…
     Успел попасть в наш открытый супер – купил продукты. Вскоре позвонили по телефону: попросили выйти на улицу, получить свой обед и ужин. Я точно не знаю, как и что. Мое страхование жизни с медицинским обслуживанием в ночное время находится в клубе пенсионеров. Снабжали через них трехразовым горячим питанием – в фольге. Остальным жителям Шломи продовольствие в горячем виде привозили другие компании.
     Я несколько дней копался в компьютере: узнавал пропущенные события.
     Через две недели оказался в группе пенсионеров – нас вывезли в Йерушалаим на неделю. Тоже бесплатно. Расположились в гостинице Восточного Йерушалайма. Домой вернулись уже в мирный город.
     Вскоре, в начале сентября того же 2006 мне написал или позвонил писатель Михаил Лезинский: сообщил о готовящемся вечере со сбором пожертвований в Москве. Израильский фонд в Москве организовал это мероприятие – посвящено нашему городу. Тогда я узнал – катюша хизбаллы попала в детский садик нашего городского района-квартала Шломит. Сообщение о готовящемся мероприятии я прочитал и в другом месте. Написал им письмо по указанному адресу. Девушки обрадовались: наконец, есть связь с нашим городом. В клубе «Тень» в Москве они готовят концерт лучших артистов Москвы. Хотят знать конкретно, что произошло в  нашем городе? Местный совет Шломи не отвечает на звонки. Оказалось, мэр города всех сотрудников в то время вывез на отдых. Даже дежурного не оставили.
Я сразу отправился в поиски детсадика. Оказалось, катюша пробила стену. Никого в то время в садике не было: верно, рано утром или вечером. Никто не пострадал. Мне показали следы заделанного отверстия, еще нечто… Об этом и самом городе Шломи – его истории и части жизни – я написал в письмах в Москву.
     Благотворительный вечер в клубе «Тень» произошел 15 сентября 2006. Мне сообщили: мой материал использовали в качестве информативного. Впервые в Москве выразили такую солидарность, да еще с жителями нашего маленького города. Собрались примерно 400 человек – собрали и перевели в Израиль, на имя нашего города 17,5 тысяч долларов.
     На собрании в нашем клубе мэр города подтвердил получение этих благотворительных денег.
     Весной-летом на литературном портала http://www.litkonkurs.ru/ проходил инициированный мною конкурс «Творческие поиски». Победителям конкурса я обещал издание альманаха с их призовыми произведениями. Получат  призовые деньги и экземпляр альманаха.
     Со своим предложением издать альманах я пришел к мэру – договорился он выкупит часть тиража. Довольно красочный альманах я издал летом 2008 – посвятил его шестидесятилетию празднования Дня Независимости Израиля. Пришел с готовым альманахом к мэру… Оказалось, он меня обманул – деньги эти ушли на строительство синагоги памяти его отца. Вот так! Примешал к воровству - благое дело.
     Вот на этом основании я и назвал мэра вором – накануне Йом Кипура.
     Об этом факте воровства я написал письмо-жалобу Контролеру Государства Израиль. И на форумах сообщил: деньги предназначены репатриантам из бывшего Советского Союза, но мэр их себе присвоил.
     Все изложенное повлияло – подтолкнуло мэра и местный совет и отдел абсорбции соорудить памятник погибшим воинам-евреям в годы Великой Отечественной войны.
     На открытие памятника прибыли многие жители-репатрианты города. Присутствовал мэр города, его заместитель Слободов… Приехали гости: из управления абсорбции Северного округа, от ветеранов ВОВ Северного округа, консул РФ…
     Выступали… Мне даже интересно… Тот Слободов сказал: о вкладе горожан в празднование годовщины Победы. Среди перечисленных: «кто-то написал книгу»… Сей моральный урод проглотил язык – не смог произнести мою фамилию. Правда мэр произнес мою фамилию – в искаженном виде, а сотрудница того Слободова даже не перевела обо мне… Такие они – подлые нравы у этой публики.
     Я сделал несколько негативов памятника и ветеранов…
     Вот и все…